СУДИЛИ
ДЕВУШКУ ОДНУ...
Сейчас скажу я вам рассказ,
Своими видела глазами…
Судили девушку одну,
Она была дитя годами.
Она просила говорить,
И судьи ей не отказали.
Когда ж закончила она,
Весь зал наполнился слезами.
- В каком-то непонятном сне
Он овладел, безумец, мною,
И тихо вкралась в душу мне
Любовь коварною змеею.
И долго я боролась с ней,
Но чувств своих не победила,
Ушла от матери родной…
О, судьи, я его любила!
Но он другую полюбил,
Стал издеваться надо мною.
Меня он гнал и презирал,
Не дорожил, безумец, мною.
Однажды он меня прогнал,
Я отомстить ему решила…
Вонзила в грудь ему кинжал.
О, судьи, я его убила.
Не говорите мне о нем,
Еще былое не забыто.
Он виноват один во всем,
Что сердце девичье разбито.
Он виноват, что я грустна,
Что людям верить перестала,
Он виноват, что я, дитя,
Еще млада, а жить устала...
Прощай, мой мальчик дорогой,
Тебя я больше не увижу.
А, судьи, вас, а, судьи, вас,
А, судьи, вас я ненавижу.
И пошатнулася она,
Последний вздох в груди раздался.
И приговор в руках судьи
Так недочитанным остался.
С фонограммы Ирины Муравьевой, CD «В нашу гавань заходили корабли»
№ 2, «Восток», 2001. Идентичный вариант (без куплетов 7, 8; ст. 2: «Своими видел
я глазами...»): В нашу гавань заходили корабли. Пермь, "Книга", 1996
и В нашу гавань заходили корабли. Вып. 2. М., Стрекоза, 2000.
Женский сюжетный аналог песни "Судили парня молодого"
(мелодии у них различны). Создана на основе романса "Не
говорите мне о нем" (сл. и муз. М. Перроте, 1909). Варлам Шаламов в
очерке "Аполлон среди блатных" упоминает
один из вариантов этой песни - "Мурочка Боброва":
"Подчас фраерские романсы подвергаются значительному изменению, насыщаясь
блатным духом. Так, романс «Не говорите мне о нем» превратился у блатарей в
длиннейшую (тюремное время — длинное время) «Мурочку Боброву». Никакой Мурочки
Бобровой в романсе нет. Но блатарь любит определенность. Блатарь любит также
и подробности в описаниях.
Подъехала карета в суд.
Раздался голос — выходите,
Сюда, по лестнице кругом,
По сторонам вы не глядите.
Приметы места даны экономно.
Блондинка, жгучие глаза,
Покорно голову склонила,
И побледнела вся она,
И шарфом все лицо закрыла.
Ей председатель говорит:
Скажите, Мурочка Боброва,
Виновны ль в этом или нет,
Вам предстоит сказать два слова.
Только после этой подробной «экспозиции» следует обычный текст романса:
Не говорите мне о нем,
Еще былое не забыто —
и т.д.
Все говорят, что я грустна,
Что людям верить перестала,
Все говорят, что я больна,
А может, просто жить устала.
И, наконец, последняя строфа:
Лишь только кончила она,
Ужасный крик в груди раздался,
И приговор их на суде
Так недочитанным остался.
То, что приговор остался недочитанным, всегда очень умиляет блатарей".
Есть еще одна похожая песня - старый бытовой романс "Мария":
В семье богатого купца
Жила, резвилась дочь Мария.
Одна лишь дочка у отца,
Всех красотой своей пленила...
ВАРИАНТЫ (5)
1. Мурочка Боброва
Друзья, вам песню пропою,
Своими видел я глазами:
Судили девушку одну –
Она дитя была годами. (1)
В Ростовском областном суду (2)
Народу толпы собирались,
Сидели судьи у окна,
Они убийцу дожидались.
Подъехала карета в суд,
Раздался голос: «Выходите!
Сюда, по лестнице, кругом,
По сторонам вы не глядите». (3)
Блондинка, жгучие глаза,
Покорно голову склонила,
И побледнела вся она,
Шарфом лицо своё закрыла.
Ей председатель говорит:
«Скажите, Мурочка Боброва,
Виновны в этом вы иль нет,
Вам предстоит сказать два слова».
И Мура стала говорить
Простыми, ясными словами.
Когда же кончила она,
Весь зал наполнился слезами:
«Смотрите, всем я хороша,
Мой возраст юн ещё годами,
Себя виновной признаю,
И вот стою я перед вами.
Не говорите мне о нём,
Ещё былое не забыто,
Пылает страсть в груди огнём,
И сердце бедное разбито.
В каком-то непонятном сне
Он овладел, коварный, мною,
И тихо вкралась в душу мне
Любовь гремучею змеёю.
И долго я боролась с ней,
Но я её не победила,
Ушла от матери своей...
О судьи, я его любила!
Но он другую повстречал,
Стал насмехаться надо мною.
Меня он дерзко презирал,
Не дорожил моей любовью.
Когда же он меня прогнал,
Я отомстить ему решила —
Вонзила в грудь ему кинжал...
О судьи, я его убила!
Все говорят, что я грустна,
Что людям верить перестала,
Все говорят, что я больна,
А может, просто жить устала.
Я снисхожденья не молю
И признаю себя виновной;
Судите, судьи, поскорей,
А то и так уж сердцу больно.
Прощай, мой мальчик дорогой,
Тебя я больше не увижу.
Прости за всё меня, родной,
А вас я, судьи, ненавижу!»
И Мура серые глаза
Свои печально опустила,
Никто не видел, как она
Кусочек яда проглотила. (4)
И пошатнулася она,
Ужасный крик в груди раздался,
И страшный приговор суда
Так недочитанным остался. (5)
Друзья, я песню вам пропел,
Своими видел я глазами:
Сгубили девушку одну,
Она дитя была годами…
(1) Один из замечательных вариантов первого куплета сообщила мне моя мать:
«Вот входит в комнату она,
А на столе лежит записка.
Явиться вам в народный суд
По делу вашего убийства...»
Не говоря уже о потрясающем осмыслении ситуации (убийцу приглашают
в суд на рассмотрение дела повесткой на дом!), завораживает изящная
формулировка — «по делу вашего убийства». Непонятно, кто же в конце
концов кого убил? Но стиль с замечательной точностью передает канцелярскую стилистику
советских судов со всей ее безграмотностью и абсурдностью...
(2) На основании этой строки нельзя приписывать рождение песни именно ростовским
неведомым авторам. Есть варианты, отсылающие слушателей в другие места нашей
необъятной Родины, например —
«В Москве, в большом судебном золе,
Своими видел я глазами...»
(3) Вариант -
«K суду подъехал воронок,
Раздался голос: «Выходите!
Держите руки за спиной,
По сторонам вы не глядите».
(4) Вариант -
«Она с руки кольцо сняла
И незаметно покрутила;
Никто не видел, как она
Кусочек яда проглотила».
В других вариантах вместо кольца фигурирует «перстень».
(5) В некоторых вариантах песни сердобольные авторы добавляли «жестокой страсти»
и драматизма ещё несколькими куплетами, из которых выяснялось, что Мурочка немного
поспешила с самоубийством:
«Тут подбежала мать ея,
И в зале снова зарыдали:
Проснись, любимое дитя, -
Тебя же судьи оправдали!»
Или же:
«И над могилою ея
Большие розы расцветали…
Проснись, проснись, моё дитя, -
Тебя ведь судьи оправдали!»
Своеобразная блатная переработка известного романса «Не говорите мне о нём»,
на что указывал Варлам Шаламов, старый лагерник и замечательный писатель. Из
серии так называемых «судебных» песен, в которых главные персонажи предстают
перед правосудием. По мелодии явно перекликается с песней «Среди бушующей толпы
/ Судили парня молодого», представленной в этом сборнике. Я привожу один из
самых ранних вариантов, где сохранено имя (и даже фамилия) героини. Несмотря
на то, что песня широко известна и поётся до сих пор, этот вариант не знает
почти никто.
Русский шансон: тексты, ноты, история / сост. и комм. Фимы Жиганца;
напис. нот. текста О. А. Губенко. - Ростов н/Д: Феникс, 2005
2. Суд
Вам расскажу про страшный суд.
Своими видела глазами:
Судили девушку одну,
Она юна была годами.
К суду подъехал «воронок»,
Раздался оклик: - Выходите!
Держите руки за спиной,
По сторонам вы не смотрите!
Она хотела говорить,
И судьи ей не отказали.
Услышав первые слова,
Все в зале громко зарыдали.
- Я полюбила цыгана,
И воровать я с ним ходила,
Ушла от матери, отца.
О, судьи, я его любила!
А он в кругу своих друзей
Нарочно хвастался другою,
Меня он гнал и презирал,
Не дорожил моей любовью!
И в старом парке у реки
Я отомстить ему решила,
Вонзила в грудь ему кинжал!
О, судьи, я его убила!
Девчонка – серые глаза
Тихонько голову склонила.
Никто не видел, как она
Кусочек яда проглотила.
Тут подбежала ее мать,
И в зале снова зарыдали:
- Проснись, проснись, мое дитя,
Тебя ведь судьи оправдали!
И над могилою ее
Большие розы расцветали…
- Проснись, проснись, мое дитя,
Тебя ведь судьи оправдали!
В нашу гавань заходили корабли. Пермь, "Книга", 1996.
Перепечатано: В нашу гавань заходили корабли. Вып. 2. М., Стрекоза, 2000.
Близкий вариант:
Девушка с глазами бирюзы
Вам расскажу про страшный суд, -
Своими видела глазами:
Судили девушку одну,
Она юна была годами.
К суду подъехал "воронок",
Раздался оклик: "Выходите!
Держите руки за спиной,
По сторонам вы не смотрите!"
Она хотела говорить…
И судьи ей не отказали,
Услышав первые слова,
Все в зале громко зарыдали.
- Я полюбила цыгана,
И воровать я с ним ходила,
Ушла от матери, отца…
О, судьи, я его любила!
А он в кругу своих друзей
Нарочно хвастался другою,
Меня он гнал и презирал,
Не дорожил моей любовью.
И в старом парке близ реки
Я отомстить ему решила:
Вонзила в грудь ему кинжал, -
О, судьи, я его убила,
О, судьи, я его любила…
Девчонка – очи бирюза -
Тихонько голову склонила.
Никто не видел, как она
Кусочек яда проглотила.
Тут подбежала ее мать,
И в зале снова зарыдали.
- Проснись, проснись, мое дитя,
Тебя ведь судьи оправдали!
И над могилою ее
Большие розы расцветали…
- Проснись, проснись, мое дитя,
Тебя ведь судьи оправдали…
Сиреневый туман: Песенник / Сост. А. Денисенко - Серия "Хорошее
настроение". Новосибирск, "Мангазея", 2001
3. В московском городском суде
<страница с началом песни отсутствует>
Любила парня одного
И воровать я с ним ходила
И деньги краденые мной
Я просто милому дарила
А он в кругу своих друзей
Не редко хвастался другою
Он гнал меня и презирал
Не дорожил он простомною
И вот в один прекрасный день
Я отомстить ему решила
Вонзила в спину ему нож
О судьи я его любила.
Никто не видел как она
Кольцо с руки своей сняла
Ни кто не видел как она
Кусочек яда проглотила
А рядом плачет ее мать
Весь зал наполнился слезами
Очнись дитя мое очнись
Тебя ведь судьи оправдали.
Из альбома колониста Можайской воспитательно-трудовой колонии,
1996-1998. Известная тюремная баллада «В московском городском суде». Варианты
см.: Баллады. Предисловие и публикация С. Б. Адоньевой // Русский школьный фольклор.
От вызываний «Пиковой дамы» до семейных рассказов. Сост. А. Ф. Белоусов. М.,
1998. С. 175, 176.
Ефимова Е. С. Современная тюрьма: Быт, традиции и фольклор. М.: ОГИ, 2004.
4. Отплата
Любовь все знают хорошо.
Она взаимною бывает.
Но иногда все же она
Людские жизни отнимает.
Один вам случай расскажу,
Своими видел я глазами.
Судили девушку одну,
Такую юную годами.
Когда вели ее на суд,
Конвой очистил ей дорогу.
А привели ее на суд,
Зал переполнен был народом.
Она просила говорить,
И судьи ей не отказали.
Когда окончила она,
То в зале многие рыдали.
«Не вспоминайте мне о нем,
Еще былое не забыто.
И только он повинен в том,
Что сердце девичье разбито.
Он виноват один во всем.
Я молода, но жить устала.
Ушла от матери родной
И людям верить перестала.
В московском парке вечерком
Он познакомился с другою.
Меня он гнал и презирал,
Не дорожил он больше мною.
В московском парке вечерком
Я отомстить ему решила:
Кинжал, подаренный мне им,
Я в сердце милому вонзила.
Я снисхождения не жду,
Судите, судьи, по закону.
Судите, люди, я прошу.
А то и так уж сердцу больно».
Она кольцо с руки сняла,
Перед глазами покрутила.
Не догадались, что она
Кусочек яду проглотила.
Смертельный вздох
В груди раздался,
И приговор в руках судьи
Так недочитанным остался.
Вот на полу она лежит,
И люди в зале зарыдали.
Проснись же, девочка, проснись,
Тебя ведь судьи оправдали.
Песни нашего двора / Авт.-сост. Н. В. Белов. Минск: Современный
литератор, 2003. – (Золотая коллекция).
5. Друзья, я песню вам спою…
Друзья, я песню вам спою,
Своими видел я глазами:
Судили девушку одну,
Она дитя была годами.
Она просила говорить,
И судьи ей не отказали.
Когда ж закончила она,
Весь зал наполнился слезами.
- В каком-то непонятном сне
Он овладел коварно мною,
И лихо вкралась в душу мне
Любовь коварною змеею.
И долго я боролась с ней,
Но чувств своих не победила,
Ушла от матери родной...
О судьи, я его любила!
Но он другую полюбил,
Стал насмехаться надо мною.
Меня открыто презирал,
Не дорожил, коварный, мною.
Однажды он меня прогнал...
Я отомстить ему решила,
Вонзила в грудь ему кинжал.
О судьи, я его убила!
Прощай, мой мальчик дорогой!
Тебя я больше не увижу.
А, судьи, вас, а, судьи, вас,
А вас я, судьи, ненавижу!
Девчонка серые глаза
Свои печально опустила.
Никто не видел, как она
Кусочек яду проглотила.
И пошатнулася она,
Последний стон ее раздался.
И приговор в руках судьи
Так недочитанным остался.
Друзья, я песню вам пропел,
Своими видел я глазами:
Сгубили девушку одну,
Она дитя была годами...
А я не уберу чемоданчик! Песни студенческие, школьные, дворовые
/ Сост. Марина Баранова. - М.: Эксмо, 2006