Конь боевой с походным вьюком
Уж и держал, кого-то ждал.
В казарме дверь сперва открылась,
Навстречу вышел сын родной
Отец-старик коня седлает,
Племянник пику подает.
А мать-старушка с дочкой плачут,
Жена-красотка слезы льет.
— Куда, куда, боец, стремишься?
Куда ты держишь дальний путь?
— Спешу на запад, в край далекий,
Рабочим людям помощь дать.
До тех пор я буду сражаться,
Пока не кончится весь бой.
Вот бой прошел, и все затихло,
Лишь только раненых несут.
А дочка спросит у мамаши:
— А где наш папенька родной?
Она ей скажет и заплачет:
— Убит, зарыт в земле чужой.

Записана от Евсюковой К. В., 1917 г. р., и Дуплевкиной И. В., 1918 г. р., г. Каскелен, в 1977 г. В тексте от Терехиной Е. З.:

Никто над кровью не заплачет,
Никто слезинки не прольет.
Лишь только мать родна заплачет,
Казаки песню пропоют.

См.: "Русская песня в Дагестане", № 127. (По мнению Листопадова А. М., нар. переделка стихотворения донского поэта А. Туроверова). Элиасов Л. Е. Фольклор казаков Сибири. Улан-Удэ, 1969, № 42 (совершенно другой текст).

Багизбаева М. М. Фольклор семиреченских казаков. Часть 2. Алма-Ата: «Бектеп», 1979, № 299.


Красный вариант казачьей песни "Конь боевой", основанной на стихотворении донского поэта А. Туроверова (А. Туроверов - прадед поэтов-белоэмигрантов Сергея и Николая Туроверова (1899-1972); см. "В эту ночь мы ушли от погони", "Не выдаст моя кобылица", "Уходили мы из Крыма" и др.).

От первоначальной песни заимстованы только первые кплеты. Далее, начиная от строки "— Куда, куда, боец, стремишься?" идет полностью новый (народный) текст, собранный из разных фрагментов, которые часто встречаются в фольклоре первой мировой и гражданской войн. Особенно популярно заключительное четверостишие - см., например, "С одесского кичмана".