(Среди лесов дремучих...)
Песня про Чуркина-атамана - народная обработка стихотворения немецкого поэта Фердинанда Фрейлиграта (1810-1876), переведенного на русский язык в 1846 году Ф. Б. Миллером под названием «Погребение разбойника» (см. в конце страницы). У Миллера речь идет об итальянских разбойниках; в народной песне безымянный итальянский герой заменен на легендарного русского атамана-разбойника Чуркина. Подробнее об истории песни см.: Русская баллада. Предисл., ред. и прим. В. И. Чернышева. Вст. ст. Н. П. Андреева, "Сов. писатель", 1936, стр. 368-369 и 401-472, № 336.
Песня была очень популярна вплоть до первой мировой и Гражданской войн (упоминается у Фурманова в "Чапаеве" как одна из самых любимых песен красноармейцев), при этом неоднократно переделывалась (см. переделки времен Гражданской войны). Есть казачьи и другие варианты, причем вместо атамана Чуркина может быть безымянный казак или разбойник. В годы Гражданской войны на ее основе была создана также популярная песня "Мы - красные солдаты" (там же см. ноты).
Песня вошла в народные "разбойничьи" драмы - см. "Лодка", "Шайка разбойников", "Стенька Разин". Есть также близкая "Песня атамана".
СРЕДИ ЛЕСОВ ДРЕМУЧИХ
Среди лесов дремучих
Разбойнички идут,
В своих руках могучих
Товарища несут.
Припев:
Все тучки, тучки принависли,
С моря пал туман.
Скажи, о чем задумался,
Скажи, наш атаман.
Носилки не простые,
Из ружьев сложены,
А поперек стальныя
Мечи положены.
На них лежал сраженный,
Сам Чуркин молодой,
Он весь окровавленный,
С разбитой головой.
Бежавши кровь ручьею
По густым волосам,
Огняную струею
По голым по щекам.
К могиле подносили,
Сказали: «Братцы, стой!»
Все враз они сказали:
«Могилу брату рой!»
В могилу испускали
На шелковых кушаках,
Все враз они сказали:
«Прощай, товарищ наш!»
Прощай, товарищ милый,
Наш гордый атаман,
Пропала наша шайка,
Пропала навсегда.
Записана от Китаева А. К., 1903 г.р., г. Талгар, в 1976 г. Всего записано 5 текстов песни. Из них данный и ниже публикуемый (запись от Пастернак E. И., г. Каскелен, в 1977 г.) наиболее полные и представляющие интерес. В остальных вариантах песня так же связана с именем Чуркина, - легендарного разбойника, тогда как у Пастернак поется о казаке. См.: «Песни и романсы», № 481 и № 685. Бирюков В. П. «Дореволюционный фольклор на Урале», Свердловск, 1936, стр. 64, № 6, № 7.
Багизбаева М. М. Фольклор семиреченских казаков. Часть 2. Алма-Ата: «Бектеп», 1979, № 291.
ВАРИАНТЫ (6)
1. Среди лесов дремучих...
Среди лесов дремучих
Там казаченьки идут,
В руках своих могучих
Товарища несут.
Носилки оне не простые,
А с двух ружьев сложены,
А поперек стальные
Шашки положены.
На них лежал сраженный
Сам Чуркин молодой,
Он весь окровавленный
С разбитой головой.
Два светлых револьвера
За черепом блестят,
Два долгие кинжала
На поясе висят.
Сочится кровь из раны
По лбу и по вискам,
Несли его товарищи
По темным по лескам.
Подносят к тому месту,
Сказали: «Братцы, стой!
Давайте рыть могилу
В земелюшке сырой».
Мы вырыли, спустили,
Сказали: «Брат, прощай!
Прощай, прости, товарищ,
Про нас не забывай.
Прощай, прости, товарищ,
Прощай ты навсегда!
Теперь мы не увидимся
До страшного суда».
И. Ф. Варавва. Песни казаков Кубани. Краснодар, 1966, № 207, с прим.: Варианты песни есть почти во всех песенных сборниках: А. Соболевский, т. VI, 1900, № 431-438, стр. 344; Народное творчество Дона, 1952, стр. 158. Очень популярна была в годы гражданской войны. См. красноармейский вариант в кн. Сидельникова Красноармейский фольклор. М., 1938, стр. 132-133; стр. 197-198.
2. Среди лесов дремучих...
Среди лесов дремучих
Разбойнички идут.
В своих руках могучих
Товарища несут.
Носилки не простые, -
Из ружей сложены,
А поперек стальные
Мечи положены.
На них лежал сраженный
Сам Чуркин молодой,
Он весь окровавленный,
С разбитой головой.
Ремни его кольчужны
Повисли по краям,
А кровь из ран струится
По русым волосам.
Несли его до места,
Несли в глуши лесной.
Мы шли, остановились,
Сказали: «Братцы, стой!»
Мы наземь опустили
Носилки с мертвецом
И дружно приступили
Рыть яму вшестером.
Мы вырыли глубоку
На желтыим песке,
На желтыим песочке,
На крутом бережке!
«Прощай ты, наш товарищ,
Лежи, наш дорогой!
Уж нам теперь не время
Беседовать с тобой.
Идем, идем скорее!
Мы снова, братцы, в бой!»
Русские песни. Сост. проф. Ив. Н. Розанов. М., Гослитиздат, 1952
В другом источнике этот же вариант встречается с двумя разночтениями в конце песни: "На крутым бережке" и вместо "Прощай ты, наш товарищ, Лежи, наш дорогой!" - "Прощай ты, наш товарищ, Наш Чуркин молодой,".
3. Среди лесов дремучих...
Среди лесов дремучих разбойники идут
И на плечах могучих носилочки несут.
Припев:
Все тучки, тучки понависли, а с моря пал туман,
Скажи о чем задумался, скажи наш атаман.
Носилки не простые, из ружей сложены,
А поперек стальные мечи положены.
На них лежит сраженный разбойник молодой,
Он весь окровавленный, с разбитой головой.
Два длинных пистолета за поясом торчат,
Ремни его кольчуги оборваны висят.
А кровь из жгучей раны течет по волосам,
И взор его туманный обернут к небесам.
Пришли они к могиле, сказали: “Братцы, стой!
Прощай же наш товарищ, разбойник молодой."
C "Песенника русских скаутов-разведчиков" :)
http://www.scouts.ru/static/songbook
4.
Среди лесов дремучих
Казаченьки идут.
В своих руках могучих
Носилочки несут.
Припев:
Все тучки, тучки понависли,
И с моря пал туман.
Скажи, о чем задумался,
Скажи, наш атаман?
Носилки не простые,
Из ружей сложены,
А поперек стальные
Мечи положены.
На них лежит сраженный
Казак наш молодой,
Он весь окровавленный,
С разбитой головой.
И кровь из ран струится
По бровям, по вискам,
Течет струей багряной
По русым волосам.
Мы шли, прошли лесами,
Сказали: "Братцы, стой!
Берите все лопаты -
Могилу брату рой!.."
"Прощай ты, наш товарищ,
Казак наш молодой,
Уж нам теперь не время
Беседовать с тобой.
Уж нам теперь не время
Беседовать с тобой:
Идем, идем скорее
Мы снова, братцы, в бой!"
Бирюков Ю. Е. Казачьи песни. М.: "Современная музыка", 2004.
5.
Во лесах дремучих
Разбойники идут,
И на руках могучих
Товарища несут.
Носилки не простыя -
Из ружей сложены,
А поперек стальные
Мечи положены;
На них лежал сраженный
Товарищ удалой,
В рядах дружины бранной
Соратник их лихой.
И вся его кольчуга
Изрублена кругом,
И в ранах весь, бедняга,
Струится кровь ручьем.
У ног товарищ верный
В боях с ним - конь идет,
Как друг иль брат примерный,
К нему он речь ведет:
"Усни ты, мой товарищ,
Усни, мой удалой,
Ты там найдешь, товарищ,
От всех тревог покой.
Недаром в мире прожил,
Спомянут здесь тебя.
Ты свой живот положил
В Сибири за Царя.
Придет пора - оценят
Заслуги пред Царем,
Разбойника звать станут
Сибирским казаком".
Бирюков Ю. Е. Казачьи песни. М.: "Современная музыка", 2004.
6. Из-за гор ли Аладжинских...
Из-за гор ли Аладжинских
Казаченьки идут,
В своих руках могучих
Товарища несут.
Носилки не простые, -
Из ружей сложены,
Поперек булатные
Мечи положены.
На них лежит убитый
Герой наш молодой;
Он весь окровавленный,
С разбитой головой.
Ремни его кольчуги
Изрублены висят;
Два метких револьвера
За поясом блестят.
Безмолвно подходили...
Один сказал: "Постой!
Бери мечи булатны,
Давай могилу рыть.
Мы выроем могилу,
Схороним молодца,
Схороним молодца
И оставим навсегда".
Положив, схоронили
Товарища свово.
"Прощай, прощай, товарищ!
Прощай, наш дорогой!
Ты теперь остался
Навеки, навсегда.
Спи ты, спи, товарищ,
На вечны времена!"
Антология военной песни / Сост. и автор предисл. В. Калугин. - М.: Эксмо, 2006
ОРИГИНАЛЬНОЕ СТИХОТВОРЕНИЕ
Погребение разбойника
Ф. Б. Миллер
В носилках похоронных
Лежит боец лесов,
И шесть вооруженных
Суровых удальцов
Среди лесов дремучих
Безмолвные идут
И на руках могучих
Товарища несут.
Носилки их простые
Из ружей сложены,
И поперек стальные
Мечи положены.
На них лежал сраженный
Разбойник молодой,
Назад окровавленной
С разбитой головой.
В минуту жаркой битвы
Сразил его свинец –
И кончил дни ловитвы
Бестрепетный боец!
Сочится кровь из раны
По лбу и по вискам
И в них струей багряной
Бежит по волосам.
Он грозно сдвинул брови,
Храня надменный вид,
Но взор под слоем крови
Врагам уж не грозит.
Он правою рукою
Сдавил свой острый меч
И с ним, уставший с бою,
В могилу хочет лечь.
Меч этот быстро, метко
Удары наносил,
И сбиров он нередко
Как молния разил;
Теперь, звуча, влачится
Он вслед за мертвецом:
Как слезы, кровь струится
Холодная по нем.
И в миг борьбы жестокой
Со смертью роковой
Он пояс свой широкий
Схватил другой рукой;
Ремни его колета
Разрублены висят,
Два длинных пистолета
За поясом блестят.
Так спит он, охладелый,
Лесов угрюмый сын,
В кругу ватаги смелой,
Средь темных Апеннин!
Так с ним они печально
Идут в глуши лесной
Для чести погребальной.
Но вот кричат им: «Стой!»
И наземь опустили
Носилки с мертвецом,
И дружно приступили
Рыть яму вшестером.
В воинственном уборе,
Как был он завсегда,
Без гроба, на просторе
Кладут его туда.
Засыпали землею…
«Прости, лихой собрат!»
И медленной стопою
Идут они назад.
Но чу! – сторожевого
Свисток раздался вдруг…
Ватага в лес – и снова
Безмолвно всё вокруг.
1846
Русские песни и романсы / Вступ. статья и сост. В. Гусева. - М.: Худож. лит., 1989. - (Классики и современники. Поэтич. б-ка).